- Но не кажется ли это слишком уж специфическим. Насколько ж я понял наказание будет при всем люде, а не король лично. И один брат должен другого. Зачем? Да и потом, чему это научит Морнемира. – Ворон покачал слегка головой. Он не слишком разбирался в отношениях братьев и что они там думают на самом деле, только куча информации была известна и то потому что его названный отец предпочитал все про всех знать.
- И вот скажи мне, что будет доложи ты королю такое? – Элгот тихо вздохнул и покачал головой слегка. На допрос его все равно приведут, даже если он тут умер и не шевелится, потому что король приказал, а слово короля закон. И какая разница сможет он говорить или нет? Королю если надо будет – он информацию добудет даже у немого с рождения, не умеющего писать. И коды от входа в Тристрам ему скажут, даже если никогда этих кодов не знали.
- И что будешь теперь всю жизнь сидеть со мной и никуда не будешь ходить? – Фыркнул мужчины, чуть тряхнув головой, отстраняясь, чтоб могли его отсоединить от капельницы. А потом возмущенно глянул на генерала, когда тот его на руки поднял. И говорил он с Шрамом не про генерала, но уточнять не стал, кажется с лекарем они друг друга прекрасно поняли, а это самое главное.
- Может тебе тоже прилечь и отдохнуть, тут если что присмотрит кто-нибудь. – Произнес Ворон, переводя взгляд в сторону куда ушел некромант.

- Это должен сделать не я и даже не ты, но тот, кто должен слишком слаб для такого решения, а собрать нас троих вместе и убедить его, что это именно он сделал у меня не выйдет. – Произнес король, на клацанье зубами не обратили внимания, хотя если бы не ситуация, когда необходимо чтоб слуга сделал именно то, что ему говорят, то последовало бы наказание за столь дерзкое поведение. – А за что тогда награждать тебя?
Пальцы разжались и слугу отпустили, хотя его никто не заставлял приходить и садиться к королю на колени.

- Обычные игры с сознанием с использованием прошлого. Как я уже сказал подобное могли сделать двое, но в тебе я не сомневаюсь, ты бы так не поступал. – Произнес Морнемир, слегка поведя плечами, стараясь не вспоминать. А то неизвестно как долго браслеты оков смогут сдерживать рвущееся из недр сознания раздражение, что превращается в губительный пожар. Они конечно были сделаны, чтоб сдерживать самую сильную магию, но насколько Морн знал, то блокировать должны полностью, так что ее просто не ощущаешь. А он ведь чувствовал, как огонь рвется наружу, как ему не нравятся ограничения.
И как надоели вот эти все, которые считают, что он должен отчитываться перед всеми. Кто тут принц в конце концов? Какого он должен бегать и выполнять всех приказы и советы. Не успел к себе на службу взять и все, ему тут раздают приказы направо и налево. И требуют, чтоб он отчитывался кто к нему приходил и в какой позе приходил.
- Это не угроза, это обыденность. Тем более, кто сказал, что нет других. И твое убийство тоже как предложение, тебе ведь дали приказ, почему бы не убрать исполнителя? А потом, убив тебя сейчас, меня некому будет убить потом. – А потом довел и брат. Вот они сегодня явно сговорились все чтоб разом к нему прийти и планомерно доводить до точки кипения, чтоб оковы не выдержали и замок вспыхнул ярким пламенем. Пришлось действительно перестать психовать, но в своем стиле. И вывести за дверь, что одного, что другого. А потом тяжело вздохнуть, сжав пальцами виски. Пусть сами все правят тогда, дружной толпой, а он пойдет на покой.

- Ты ведь не хочешь, чтоб он чувствовал тоже самое. – Голос, тот что он не хотел бы слышать, особенно сейчас, когда собирался, ну как собирался, просто стоял у окна и смотрел в небо. Морн повел плечами, не отвечая. Но да, надеяться, что брат послушает и возьмет те браслеты… Дым вылетел в окно.
- Он ведь этого не заслужил, так ведь, а ты сам до этого довел. – Продолжил голос, принц вновь повел плечами, а потом затушил сигарету и развернувшись пошел к двери, на которой все же появилась табличка «не беспокоить».
- Служивый, принеси мне из комнаты…

А вскоре и время пришло. На эшафот Морн поднялся спокойно, не скованный, пусть браслеты с него и не сняли, а то мало ли что. Накидывать рубашку он не стал, зачем, если все равно потом снимать придется. Окинул народ взглядом и фыркнул тихо.
- Я собрал аншлаг, можно гордится. – Произнес он, направляясь к столбу.

- Ладно, я не буду искать там логику, пусть и не вижу причин для таких поступков. Не люблю, когда нет логики в поступках. – Покачал головой Ворон, потянув к себе одеяло, чтоб сильнее укутаться. Посматривая временами в сторону отца, который явно заподозрил слишком многое. И как к этому пока относиться Ворон не знал. Точнее не знал, как к этому относится будет отец его. Приемный, но от этого не становится проще. Скорее наоборот, становится все сложнее.
- Тогда меня тем более тронут это первое, а второе, я похож на того, за кого нужно заступаться? – Бровь парня изогнулась, а взгляд стал намного серьезнее. Он, как и принц, терпеть не мог, когда его начинают считать слабым. – Я не хожу на войны, не люблю бессмысленное кровопролитие.
Вот добывать информацию – это было другое. Даже если там иногда тоже приходилось проливать кровь без какого-то смысла. А потом, они вроде еще недостаточно определились в том, что у них происходит, чтоб проявлять настолько собственнические чувства.
- Захочет ли он их принимать? – Произнес Ворон, тихо вздохнув, что с трудоголиками сложно, вот свалится если, то что делать остальные будут?

- Все должно произойти именно так, иначе его смерть будет просто бесполезной тратой времени. Пусть хоть этим принесет пользу. – Произнес король, качнув слегка головой. Могут ведь и передумать насчет нужности. И не совсем нужен на самом деле, просто так вышло, что вариант самый удобный. Ждать, пока младший сам созреет и сделает то, что от него требуется слишком долго. – Любовь слишком обязывающее чувство, чтоб за него награждать.

- Какая разница? Его использовали чтоб на меня влиять, так или иначе. – Произнес Морнемир, да и даже если бы он считал, что это дело рук брата, то да, это бы ранило. Это напоминание о том, что было когда-то и чего не будет впредь. Издевка. Но Морн был уверен, что брат на такие подлости не способен.
- Предложение было в другом, - Произнес принц, потому что разговор об убийстве слуги он был просто как озвучивание самого простого варианта. А потом, если слуга не заметил вполне согласились умереть от его руки и даже назвали каким оружием это сделать. Умирающий же имеет право выбрать от чего именно испустить последний вздох. Юноша качнул слегка головой, захлопнув дверь за всеми. Довели, в последнее время все просто мечтают его довести. Причем даже не каждый второй, каждый первый. И он от этого смертельно устал.

Морн наклонил голову, когда к нему рядышком пристроили слугу. Причем взгляд, которым одарили охранника, вот совсем ничего хорошего не обещал. Потому что все, по крайней мере те, кто охранял камеру Морна прекрасно понимали, что сегодня принца наказывают, а завтра он может повести их в бой, а ругаться с принцем, у которого настолько взрывной характер себе дороже. Но пока что Морн промолчал, только улыбнулся.
- И тебе доброе утро, - Произнес Морн, скользнув взглядом по фигуре брата, а потом обвел взглядом толпу, может быть просто, а может быть кого-то конкретного высматривая. Тоненькая фигура в черном стояла слегка отдельно от остальных. Морн мысленно кивнул сам себе, а потом присвистнул. Отдавать приказы, можно не говоря ни слова.
Фигура слегка поклонилась, прежде чем исчезнуть с глаз, хотя скорее всего его и так никто не заметил. Тоже недавно приобретенный экземпляр, захваченный в одной из войн. Его даже остальным представили лишь мельком, не объясняя кто он и откуда. Да и зачем тоже не стали говорить. Темная фигурка появилась рядом с Морном.
- Ваше Высочество, - Голос похожий на шелест листьев, фигура поклонилась еще раз, а потом повернулась к второму принцу. – Ваше будущее Высочество, наследный принц. – Поздороваться нужно в любом случае. А потом фигура скользнула к связанному, несколько секунд, за которые охрана успела только схватиться за оружие, а копье ткнуло уже в пустое место, на месте где стоял незнакомец и слуга буквально секунду назад. Испаряясь прямо на глазах, оставив после себя только несколько сухих листочков, словно опавших с дерева осенью.
- Вот теперь, я вполне готов к наказанию, Лаэрис. – Произнес Морнемир, поведя плечами, заставив мышцы шевельнуться под кожей, а стоявших в толпе дам, а может и не только дам, резко выдохнуть воздух. А потом принц сам шагнул к столбу. – Проковывайте, что стоите? Или мне все самому делать? 

- Я не на месте короля, что хорошо. – Произнес Ворон, слегка пожав плечом, стараясь не слишком двигать другим. И не хочет быть на этом месте. Юноша только слегка удивленно глянул, когда принесли второе одеяло.
- Давай ты будешь не забывать думать. – Вздохнул Элгот, потому что после таких речей точно могут и до бунта дойти. А тут вопрос за кем пойдет больше солдат. За генералом, что с ними всегда или за королем. Да и не генералу восстания поднимать нужно, если так посудить. Или он потом собирается на трон сесть и страной править? Да, заботиться можно, но и с заботой нужно не перебарщивать, тем более, не тогда, когда еще по сути не выяснили за отношения. Никто ведь никому ничего не предлагал, не обещал. Может это все просто от наплыва эмоций. Хотя пошел же за ним в замок. Элгот дождался пока поставят на пол, а потом чуть повернулся, чтоб упереться лбом в чужое плечо. – Просто не делай глупостей, если бы меня хотели убить, то уже это бы сделали, а остальное, я вон плен выдержал.
Парень слегка кивнул здоровяку и не стал уж совсем геройствовать, а взялся за руку. Потому что идти было действительно тяжело. Перед глазами продолжала расплываться картинка, да и состояние было, что лучше бы сразу в гроб. Только вот показывать это сейчас нельзя было.

- Я очень на это надеюсь. – Произнес король, да, слуга ему был не нужен, даже не рассматривался на одну ночь. Королю была нужна власть и только она. А остальное. Любовь-это глупость, из-за которой можно только все потерять. Вон была уже жена, любил он ее когда-то давно. И что из этого вышло? - Потому что ее не существует, мой дорогой.

- Ты прекрасно знаешь, как я отношусь к играм отца. – Произнес Морн, жаловаться брату он все равно не стал бы. Тот бы не понял, как именно это на него повлияло, какие чувства вызвало и какие желания. Один только образ. И как это могли против него использовать. А если узнает, то обходить будет еще по большей дуге.
- Я тебя услышал и ответил, что с этим не нужно ничего делать. Я в курсе что отец хочет моей смерти, в курсе и чего хочу я сам. Но даже это будет не в угоду ему. – Произнес принц, слегка пожимая плечами. Тем более, что не будет он это обсуждать при невидимом брате. И слуга выбрал для разговора в таком случае очень неудачный момент.

Морн слегка наклонил голову, по-прежнему молча рассматривая охранника, причем с каждой секундой тяжелеющим взглядом. Словно запоминая его до мельчайших подробностей. Морн крайне не любил, когда его людей решали наказывать без его ведома. Да и когда в принципе трогали то что было его, пусть даже это раздражающий слуга, который пытался его доводить. Его взяли под свое крыло, а значит нечего трогать, то что его. На причитания слуги правда внимания обращать Морн не стал, вновь подняв взгляд на брата.
- Значит. – Морн кивнул, успокаиваясь под разъяренным взглядом брата. Тот в такие моменты крайне хорош собой. Прям вызывает огромное желание прижать его к ближайшей стене и сделать так, чтоб взгляд горел не только злобой, но и похотью. Морн медленно скользнул кончиком языка по своим губам, от представленной картины. Правда пришлось одернуть себя. Сделать так он может, только это разрушит и такие зыбкие и хрупкие отношения, когда хотя бы иногда он брата видит.
- Ну так чего ждешь. – Фыркнул Морнемир, вновь подняв взгляд на брата, упрямо, прямо в глаза. Чтоб самому дойти до цепи. А потом расслабить руки, лишь слегка напрягаясь под прикосновениями брата, по-прежнему смотря на него прямо.
- Для начала он открыто заявил об этом, люблю храбрых, во-вторых, сообщая об этом он лишил себя этой возможности. В-третьих, он мне присягнул. – То как брат прижимается заставляет вновь думать не о том, так что приходится до боли прикусить себе щеку, не позволяя телу реагировать на эти прикосновения. А потом отстраниться ближе к столбу, чтоб серьезно глянуть. – Я не исполняю приказы королей, мой дорогой брат. И вот когда станешь и когда я преклоню колени, тогда и поговорим о твоих приказах мне.
В этот момент послышалось достаточно громкое покашливание самого короля, что занял лучшее место на балконе, чтоб прекрасно видеть, как будут исполнять его приказ.

- Будь у меня дети, то не поступил бы, но я повторюсь, я и не король и не буду им, поэтому мои рассуждения не достоверны. – Ворон слегка кивнул, когда еду придвинули ближе, пусть и не ощущал чувства голода совсем. Больше хотелось просто лечь и не двигаться. Да только тогда могут и силой накормить, потому что силы нужны. – Тебе самому отдохнуть надо, так что я сам.
Да и отец тут, хотя он вроде бы все понял и вроде бы не выказал ничего против. Хотя с другой стороны, тут у отца свои проблемы сейчас.
- И чем ты всегда думаешь? Ладно, потом это обсудим и проверим чем ты там думать пытаешься. – Возмущение вновь скользнуло в голосе рыжего, а взгляд он прищурил. Потому что, да не думает генерал, если на такие вот поступки решается, то не думает. Да, спасение его тела было важно, конечно, с какой-то стороны он может быть и хотел этого, только с большей – не хотел. Да и сейчас, поверить в то, что он действительно нужен, не на ночь, а на какой-то более длительный срок. И что главное, что нужен именно он, а не его тело, хотя сейчас оно ведь изуродовано и прежнего желания вызывать не должно… - Арес.
Рыжий слегка качнул головой, переходя от одного амбала к другому, ишь выросли все, и это, несмотря на то, что и сам шпион не мелким был, не низким, но в этой толпе ощущаешь себя слишком маленьким и хрупким. Ткань он придерживает целой рукой, на мгновение, чтоб вернуть ее потом вновь на руку мужчины. Ему и так холодно, а идти с каждой секундой хочется все меньше. Особенно, когда раздается голос короля.
- Я ждал тебя, проходи, остальные – вон.

- Я этого никогда не видел. – Произносит Морнемир, который всегда ощущал на себе только хищный взгляд отца, подозрительный, словно отец чего-то конкретного от него хотел и не получал.
- Я знаю, у него пророчество, про одну силу, разделенную на несколько кусков. – Взгляд лишь на мгновение перевели в ту сторону где стоял брат. – Потому что он не может меня убить своей рукой, это и так понятно иначе придушил бы меня давно. – Более того, принц уже бросал как-то вызов отцу, за что был просто отправлен на очередную войну, первую. Принесшую первые шрамы на теле. Когда еще не извлек он свою магию из тела, не разрушил ее.

Слугу явили в башне, почти такой же как та, где была камера. Фигура опустила его на кровать и отстранилась, рассматривая добытое. Да веревку снять будет сложно, но не невозможно при желании. Только вот приказа развязывать он ведь не получал. И его об этом никто не просил. Только забрать и спасти.

- А почему бы и нет? – Интересуется Морнемир, склонив голову слегка на бок, позволяя волосам скользнуть по коже, оглаживая ее едва ощутимым прикосновением. Он улыбается, причем не так как на приемах, как улыбался когда-то давно, еще до первой войны, до того, как его стали нагло избегать. Словно временно став моложе, пусть до сих пор считается юнцом. – Сегодняшний день у меня совершенно свободен.
Он не пытается отстраниться от прикосновений, тем более, что брат не может касаться так, не вынужденно, тому ведь просто приходится его сковывать. А Лаэрис слишком осторожен и слишком не хочет приступать к самому главному и просто тянет время. А не трогает намеренно.
- Да, всегда с особым предпочтение относился к храбрецам, они в бой лучше идут. – Произносит Морнемир, слегка даже пожав плечами. – Так и тебя люблю, - Хотелось добавить, что не как брата, вот совсем не как брата, но пришлось еще сильнее прикусить щеку, ощущая привкус крови во рту. – И смерть тебе свою бы подарил, да только ты не собираешься ее брать, иначе давно пришел бы ко мне с оружием. А бунт я подавлю, можешь не волноваться, но исполнять приказы все равно не стану. Ни твои, ни тем более отца.
То как скользнули случайно по паху не укрылось, пришлось выдохнуть воздух, хотя возбуждение наказуемого ощутить могли, да Морн и не пытался этого скрывать. Может он настолько болен, что от боли возбуждается? А вот речь эту пламенную выслушали с другой улыбкой, той что сейчас чаще мелькала на лице, не хорошей и жестокой улыбкой.
- Мой брат, да и мой отец, храни их боги, слишком добры. Меня никто не околдовывал, не играл с сознанием, да и кто бы это мог быть? Все что я делал было сделано добровольно и с крайним удовольствием. Согласен даже пройти проверку на магическое влияние, которую не будут проводить они, чтоб родственные чувства не затуманили им разум. – Так же громко и так же четко произнес принц, выпрямляясь, чтоб вновь глянуть на брата, с едва заметным вызовом. Кто-то в толпе ахнул, кто-то возмутился этому заявлению.
- Не стоило так напрягаться, Лаэрис. – Тише, чтоб только брат слышал произнес Морнемир, вновь прикусывая край губы, незаметно, от этих прикосновений. Хорошо, что он сейчас скован и без магии, очень хорошо. Иначе брат бы обходил его еще большей дорогой, а может и убил бы наконец-то. На слова о том, что первый удар, он лишь кивнул. Чтоб медленно, но глубоко вдохнуть воздух. Удар обрушивается на спину, да, пусть не так болезненно, как мог бы, но это заставляет сжать пальцы на мгновение, а потом выдохнуть воздух, резко. И только Лаэрис не смотря на то что морально готовился не ощутил никакой отдачи на себя, словно их связь куда-то пропала.

- Я к тому, что не могу говорить и объяснять поступки короля. Тем более, я не уверен, что он так поступает потому что король, а не потому что это просто он. – Пожал плечом слегка Ворон, наклонив чуть голову. – Товарищ лекарь, мне льстит ваша забота, но если лекарь не отдохнет, то сам свалится, а мы не в состоянии взять на себя эти обязанности. Хотя в замке есть другие лекари…
Элгот только закатил глаза на эти слова. О том, что принцу тоже надо проверить голову – он уже говорил и мнения своего не менял, так что аргумент на его счет говорил наоборот об обратном. С головой у них явно совсем не все в порядке. Говорить можно многое, тем более на адреналине и да не сомневается он, точнее сомневается, но это уже профессиональная деформация. Никому и ничему нельзя доверять, пока сам не проверишь. Да и слишком часто ему говорили одно, а на деле потом оказывалось совсем другое. Даже в словах о любви.
- Твоя первостепенная задача выполнять приказы, а не оспаривать их. – Произнес король, скользнув взглядом с одной огромной фигуры на другую, а потом и на достаточно миниатюрную фигуру на фоне воинов. – Но ты прав, разговору ты не помешаешь. Генерал, ты же можешь быть свободен. Подвести шпиона. – Король махнул рукой на место перед троном. Дожидаясь пока шпион сам послушно шагнет вперед, опускаясь перед троном на колено и опустит послушно голову.

- Тебя, сделаю поправку. Ко мне он относился всегда по-другому. – Правда и Морн с детства с малого всегда делал все наперекор отцу. Возможно какие-то чувства кроме раздражения он и вызывал, хотя его с малого возраста воспитывали как будущего короля и воина.
- Он меня может убить, просто ему не выгодно убивать меня, потому что тогда-то что он задумал, что бы он не задумал не воплотиться в жизнь. – Пожал плечами принц, потому что он пытался разобраться в планах отца, но там слишком все было напутано. Только знал, что отец носится с пророчеством, правда и его точно растолковать не удавалось. Не верить же трактовке отца в самом деле. Тем более, что добраться до камня, хранившего истинное пророчество у Морна пока не вышло. Слишком качественно хранят тайну о месте где находится этот камень.

Незнакомец только потер виски слегка, позволяя ткани скользнуть по волосам, открывая миловидное лицо и яркие глаза с вертикальными зрачками. Чуть наклоняет голову на бок, рассматривая заговорившего. А потом хмыкает едва слышно.
- Скучно это, сразу кровать может веселее? – Произносит юноша, а потом смотрит во что превращаются веревки. – Да, младший принц хорошо оживляет иллюзии, красивые.
Отстраняться или как-то пытаться убрать змей. Остался стоять на месте, рассматривая их.
- Будет жаль, если тебя все же убьют, его высочество не любит, когда умирают его люди. – Произнес незнакомец, складывая руки на одеянии замком. Правда потом несколько раз удивленно моргнул, когда слугу что-то вытолкнуло из мотка змей, а на его месте оказался уже знакомый слуге меч, с отсутствующим сердцем.

- Тебе придется это сделать, даже если бы не хотел. – Произносит Морнемир, переводя взгляд в сторону, где находится отец и улыбается, почти так же, как раньше, лишь немногие могут понять, что сейчас под этой маской другая и улыбку отцу посылают совсем другую, а потом усмехается.
- Не спорю, храбр и вполне можешь обойтись без этих походов. – Произносит принц, вполне серьезно, по крайней мере пока он жив, то брата не пустят в войско, не дадут ему почувствовать то что ощущают на войне. И рисковать собой тоже не дадут. – Слишком затратно отдавать другое. Да и не нужно оно. И защищаю я не короля.
Он ведь прекрасно указал, что подавит бунт, чтоб брат не пострадал, только и всего. То, что он отказывается подчиняться, не говорит о том, что другие не будут этого делать. Если будут не согласные с этим, то их уничтожат. Только и всего.
- Это уже не имеет значения, Лаэрис. – Просто произнес принц, вновь улыбнувшись нормальной улыбкой, такой как раньше, слегка натягивая оковы цепей, ощущая, как они врезаются в наручи, что врезаются в кожу на руках, продавливая ее, почти прорезая. Какая разница будет, что было на самом деле, какой был разговор и что не было заговора, после того, как наказание свершится. И после того, как его при всех этим самым предателем назвали. Потом то оправдывать и говорить, что ошиблись не смогут. Не захотят показывать, что могут ошибиться. Особенно отец. А он и Лаэрису не позволит этого сделать. – Потом это не будет иметь никакого значения.
Морн смеется на словах о возбуждении. В нем нет ничего такого, чем могли бы устыдить. Может его вон боль возбуждает? Или то что на него столько народу смотрит? Или то что довел отца.
- Прости проверить не могу насколько ты там в штанах, - Произносит Морн тише, такие подробности все же всем слышать не надо.  Но смотрит прямо перед собой. Ощущая взгляд на спине, странный взгляд на самом деле. Когда-то давно так брат может и смотрел. Первый удар, обжигающий спину, заставляющий сжать пальцами цепи, но не проронить не звука, точнее ни одного звука, который ожидали бы услышать. Скорее с губ срывается что-то похожее на смех, пусть и на резком выдохе. Неразделенная боль ощущается сильнее, за двоих, хотя может и за одного. Морн просил взять браслеты, но даже если брат этого не сделал, то он и сам предусмотрел.
Но Лаэрис смог ощутить другое. В тот момент, когда первые капли крови, проступили на коже. То чего раньше не ощущал. Как незнакомая ему магия струится по его венам.

- Мне казалось, что он признался, чтоб перевести гнев короля с нас? – Приподнял бровь Ворон, по крайней мере вроде такое объяснение было у оруженосца и Ареса, когда они вернулись. А потом слегка наклонил голову на бок, задумчиво глянув. – Ну раньше меня лечили другие, правда по большей части отец, чем врачи. Да и не думаю, что твоя помощь будет так необходима, мы вроде помирать передумали, по крайней мере до обеда.
-  Не уверен, что это будет хорошей идеей, разве принц не намекнул бы, если бы хотел, чтоб его вызволяли? – Поинтересовался Ворон, поняв, что пытаться уложить их вынужденного лекаря смысла нет. Не послушает.
Для этого должно пройти больше времени. Если генерал хотел себя найти того, с кем будет легко, просто и понятно, то сделал не правильный выбор. Потому что Элгот был недоверчив теперь. Крайне недоверчив. Настолько что поверить в секундное желание ему было бы проще, чем в остальное. Он и так сделал над собой усилие, не став спорить и убегать.
Король смерил здоровяка взглядом, тяжелым, но только кивнул, не став разводить разговоры. Дождался пока генерал скроется за дверью, а потом сел удобнее и протянул руку, дожидаясь пока в его ладонь вложат свое запястье. Здоровяк не мог помешать, потому что разговора вслух тут и не будет. Элгот медленно вдохнул воздух, потому что вкладывать пришлось руку где было только запястье, без ладони, другой рукой продолжив держаться за чужое плечо. Правда через секунду пальцы сжались сильнее, возможно оставив на чужой руке синяк. А также шпион опустил пониже голову, прикусывая почти незаметно край губы.

- Почему? – Просто поинтересовался юноша, даже наклонив голову слегка. Вопрос был настолько искренним, словно он действительно не понимал, что в этом такого. Тем не менее двигаться и хоть что-то делать он не стал, даже не отошел в сторону от змеи. А потом пожал плечами едва заметно под одеждой, что явно была намного больше чем ее обладатель, словно с чужого плеча. Из-за чего он казался еще меньше. – Мне приказали тебя забрать.
Просто ответил незнакомец, не споря, что да может быть смерть не расстроит, но тогда зачем бы отдавали такой приказ, причём это явно разозлило его брата, который вроде сам приказал слугу схватить. Хотя такие сложные расчеты делать незнакомец не хотел.
- По всей видимости человек, по крайней мере выглядит так. – Произнес юноша, потому что меч не ответил, только уперся рукой в кровать, медленно принимая положение сидя, насколько позволяли змеи на нем. Склонив слегка голову.

- Ну приказал тебе это делать король. – Проговорил в свое оправдание Морн, то что именно брат будет проводить его наказание он не рассматривал. Но видимо отцу так было веселее. И да, больно, поэтому Морнемир и сделал все, чтоб эта боль не переливалась с одного на другого. И слугу с собой он не брал, когда они шли в поход слуга не принадлежал еще ему. Морн же с собой брал именно воинов. Да и их бы оставлял, да только одного его воевать не отпускали. Тем более, что все равно его отряд с ним пойдет, даже прикажи им обратное.
- Да, в столице должен оставаться тот, кто сможет ее защитить в случае чего. – Произнес принц, так же спокойно, а потом вздохнул едва слышно. Потому что-то что он может дать не возьмут. Он может и жизнь отдать, только вот она не нужна будет. Хотя, можно и отдать. Что так страдать, что по-другому страдать.
И нет, это иметь значения уже не будет. Какая разница, что было на самом деле после того, что происходит сейчас? Что это знание изменит? Отношение к нему уже показали, простой люд тоже уже слышал то что удобно отцу, то что хотел от толпы сам Морн. Так что он по-прежнему улыбается, пальцы сильнее сжимают цепи с каждым ударом. Он опускает голову, сцепив зубы, чтоб не выдохнуть ни единого стона, не смотря на то что каждый удар обжигает. И ощущает опустошение с каждой пролитой каплей. Зато вот Лаэрис с каждым ударом ощущает больший огонь, бурлящий в венах, и едва заметные вспышки огня вокруг себя. Король сидя на своем месте лишь едва заметно улыбается.

- А ты бы предпочел бы, чтоб наказывали вас? Думаю, в вашем случае не было бы смысла надеяться на помилование. – Ворон слегка покачал головой, он ведь поэтому и говорил генералу о том, что они очень рискуют, когда идут. Ладно он, отец все же, пришлось бы идти. Не смотря на то что там Элгот запрещал. Да и Элгот запрещал же не просто так.  – А после обеда – ты отдохнешь уже. И можно с чистой совестью помирать дальше.
Ему не нужно было говорить, из-за того, что он слишком близок со своим начальником, у них более сильная связь, чем у других марионеток, в которых Элгот может перемещать свое сознание. Именно поэтому он смог в том замке привести их к нужной камере. И сейчас отголоски состояния отца ему передавались. Он просто пытался не думать о том куда ушел глава шпионов и что с ним будут делать.
- Я, конечно, не слишком хорошо знаком с принцем, но боюсь спустит он далеко не косы. – Произнес Ворон тише, едва слышно на самом деле, прекрасно понимая, что это не то что хотят услышать. Да и камеру наверняка хорошо охраняют и по любому сделали еще что-то, чтоб предотвратить возможность побега.

Король перевел на мгновение взгляд на того, кто пришел с шпионом и, кто сейчас мешает и отвлекает. А потом пальцы сильнее сжали чужую руку, настолько, что, если присмотреться, можно заметить, что кровь стала сильнее пропитывать бинты. Элгот только чуть ниже опустил голову. Ему сейчас приходилось еще сложнее, нельзя было чтоб король увидел все что произошло с ним в плену, нужно было редактировать свои воспоминания.
- Можешь в этом даже не сомневаться.

- Аааа, ну тогда понятно. – Кивнул юноша, словно это объяснение было самым логичным в такой вот ситуации. Он только чуть качнулся, когда змея попыталась укусить, не дав себя достать, но при этом не отходя с места. – Забрать оттуда.
Даже если и были какие-то другие поручения, то озвучивать их не стали. Голова юноши склонилась в другую сторону, взгляд скользнул по тому, кто вытолкнул слугу из плена.
- Вот как, - Произнес он, а потом пожал плечами слегка. – Никак. У меня нет имени.
Или он просто его не помнит. Хотя скорее всего имени не было изначально, потому что провалами в памяти он не страдал. А имя это было что-то что давали, причем не просто так.
- Телепортировался, - Произнес достаточно глухой голос, в котором почти полностью отсутствовали эмоции. – Жар.
Правда потом мечу пришлось резко двинуться в путах, чтоб высвободить руку и поймать змею, что кинулась в сторону слуги.

- Да, потому что у тебя нет права отказываться, если не хочешь на мое место, рядышком вон на соседний столб. – С убийственной честностью в голосе произнес Морнемир. И не факт, что тогда и его наказание не было бы другим. Тут отец зачем-то пошел Лаэрису на уступки, разрешив почти выбрать как это будет. Слугу и потом не планируют брать с собой. Он может быть как угодно хорош собой, но это не означает, что его будут настолько приближать к себе. А выполнять приказы он теперь обязан.
- Защищать ты будешь территорию, которая принадлежит тебе. А во-вторых к столице никого не подпустят. Армия на что? – Если бы этого желали, то это бы взяли, дали бы понять, но пока дают понять совсем другое. Что да, ты брат удобен, будешь рядом, будешь защищать, выполнять приказы как послушный слуга и дальше страдать. И даже задания для тебя будут передавать через других, потому что ночью был единственный длинный разговор за очень длительное время.
Да, он не позволил себе кричать, не позволил показать хоть каплю боли. Прикрыл только глаза где-то на последних ударах, вдыхая воздух медленно, ощущая, что стоять даже тяжело. И какое-то опустошение. Пожар, что горел всегда внутри, тот что приходилось контролировать всегда, почти потух, остался тлеющими углями. Когда в другом теле пожар стал просто бушевать. Удар кнута об пол, Морн выдыхает воздух.
- Ты не закончил. – Произносит король, что не слишком доволен тому, что видит слезы. Воспитываешь его, воспитываешь, а заматереть так и не выходит у младшего. Старший в этой ситуации держится лучше, но явно молчал назло королю. – Но ладно. Увести принца обратно в его камеру.

- Принц не давал и приказа сомневаться в его поступках. – С легким нажимом в голосе проговорил Ворон, чуть наклонив голову, когда к нему стали приближаться и потребовали руку. Юноша наклонил голову опять, а потом протянул другую руку, целую, чтоб поймать лекаря. Вдохнуть выдохнуть воздух, а потом дернуть на себя, заставляя упасть рядом на кровать. Потому что сказал же, что нужно лечь и отдыхать.
- Так зачем тогда его провоцировать? – Нет, да спасти своих это важно, но принц знает, что делает и не просил помощи, а значит… стоит ли туда идти и что-то делать. Не разозлится ли принц после таких вот выкрутасов?

- О, спасибо что напомнил, я бы сам и не вспомнил об этом. – Сарказм проскользнул в голосе короля, когда пальцы сильнее сжали чужую руку. Элгот только мысленно взмолился, чтоб замолчали и не выводили из себя, потому что здоровяк сейчас вот совсем не помогает. Совершенно.
- Дуэль, да, мы сейчас устроим тут дуэль, да, солнце мое ясное. – Король едва заметно улыбнулся, магия полилась сильнее, рыжий только ниже опустил голову, медленно вдыхая воздух, сейчас ему было не до ответов голосом.
- И он сможет выступить, я ведь прав. – Пальцы вновь сжали раненную руку юноши, что кивнул и отпустил руку здоровяка, упираясь ладонью в пол, а потом медленно поднялся на ноги. Руку его тоже отпустили, а в глазах короля блеснуло торжество. Словно именно этого он и добивался. – Раз уж мне об этом напомнили, хотя я хотел просто узнать информацию, скажи спасибо нашему другу, свято чтящему законы. Отведи его на арену.

- Это не мои проблемы. – Произнес юноша, никак не реагирую на обращение слуги в свою сторону. Что там говорят его не слишком волновало. – Яд не ощущается.
Он вновь качнулся на каблуках, отстранившись от очередного выпада змеи, пока не появился объект, который привлек их внимание больше, чем он. Юноша наклонил голову в одну сторону, а потом в другую. И просто сделал несколько шагов назад, опустившись в глубокое кресло. Того кого нужно было перенести – он перенес, а остального от него не требовали. Освободить его тоже освободили.
Змею перехватили удобнее, достаточно плотно сжав пальцами, пока меч поднялся с кровати, пусть и с трудом, но ему в чужой магии явно было проще.

Морн даже повернул слегка голову на этот вопрос. Потому что было понятно кто это сказал. Это сказал, как минимум он сам. Да, слугу оставят в столице и что? Пусть служит и приносит пользу обществу.
- Это будет твой выбор и твое решение. – Произносит Морнемир, точно так же, как-то что делает он сам – это его решения. Хорошие они или плохие, но это его решения. И он не собирается прогибаться под отца и становится для всех удобным. И так слишком долго был молчаливым оружием в этих руках. А теперь надоело. Что ему теперь терять? Титула его лишили, брат от него бегает. Воины его? Так и они продолжат служить, даже после того, как его не станет. У других есть хотя бы одна причина цепляться за жизнь.
- Ты меня плохо услышал? – Поинтересовался король, слегка повысив голос. Морн же просто выпрямился, тряхнув чуть головой.
- Я не умираю, - Произнес он, но не слишком громко. Но магия продолжала бушевать не в том теле, в котором зародилась изначально.
- Я отдал приказ, Морнемира в камеру обратно, так и быть пусть зайдет кто-то и посмотрит, чтоб предатель не сдох, а ты, ко мне. Живо!

- И не вам оспаривать его решения, не считаешь так? – Произнес Ворон, едва заметно пожимая здоровым плечом, стараясь не слишком травмировать здоровое. А потом юноша изогнул бровь на слова о ложе, чуть подавшись назад, увеличивая расстояние между телами. – Я могу перейти на другую кровать, если это настолько сильно смущает.
На направившегося к принцу глянули слегка скептически, слегка покачав головой. Да, Ворон не настолько близко знаком, но не обязательно хорошо знать принца старшего, чтоб понимать, что из этого не выйдет ничего хорошего.

Элгот дернулся, как только его поймали за подбородок, да только кто бы спрашивал его мнения. Да хоть когда-то. Глаза тут же вспыхнули причем почти ненавистью. Смешанной с крайней степенью недовольства. Даже король, захвативший его не получал именно такого взгляда. Там шпион сам себя выдал или помогли. Но тут, когда вроде как свой поступает так же. Это бьет сильнее.
Король только усмехнулся на эту картину и перевел взгляд на другое тело. Куда и заперли интересующий его объект.
- Какой же смысл, мне просто уничтожать тело, а не того, кто смел нарушить мои приказы. – Поинтересовался король, наблюдая, как теперь взгляд другого человека горит.
- Ваше высочество, прошу меня простить, я приму бой, когда меня вернут обратно. На этом прошу меня простить. – Произнес Элгот не своим голосом, тут же развернувшись и направившись к выходу из тронного зала. Дверь закрылась оглушительным хлопком, вновь распахиваясь от силы удара.
- А тебя можно поздравить. – Произнес король, словно разом потеряв интерес к тому, кто пришел вместе с шпионом. Но оказывается там могут испытывать не только холодное безразличие ко всему, но и другие эмоции, это даже интересно. – Потом решу, что делать с тобой.

- По всей видимости твои. – Произнес юноша, прикрывая глаза, по коже его скользнули тени, он едва заметно поморщился. Слишком долго находится в этой среде, но пока еще можно терпеть.
Меч повел слегка плечами, а потом удобнее перехватил одну из змей, разворачивая ее к себе, рассматривая морду. Ему то не был страшен ни яд, ни то что его могут сжимать и ломать кости. Восстановится в любом случае. Юноша на мгновение открыл глаза, чтоб перевести взгляд с одного на другого.
- Зачем?

У Лаэриса нет причин для того, чтоб что-то делать со слугой. Иначе ему придется перерезать половину жителей замка, кто так или иначе смотрит на его брата. И у Лаэриса есть жена, которую он выбирал сам, сам на ней женился и сам с ней живет сейчас. А вот Морн ему был не нужен и не будет никогда нужен, разве что как отличное оружие, которое сможет защитить замок.
- Твое решение, не пожалей о нем потом, Лаэрис. – Произнес король, не став при придворных и жителях города говорить что-то. Только вот взгляд ничего хорошего младшему сыну не обещал. И Лаэрис мог это и ощутить. Разум его стал сильнее мутиться. А чужая магия больше вырываться. Что даже ковер под ним вспыхнул пламенем.
Морн только раздраженно повел плечами, сказал же, что с ним все нормально, нет развели тут непонятно что и для чего. Только вот опустошение от магии, которое давило со всех сторон – немного удивляло. Все же он привык к бушующему пламени в себе и без него было неуютно.

- Для начала тут вопрос, а могу ли я как-то помешать принимать за меня наказание. Потому что если не могу, то какая разница, что я буду думать? – Ворон слегка наклонил голову, отодвигаясь максимально, вжавшись в спинку кровати. И приподнял бровь, когда последовали за ним. Потому что вроде бы возмущались близости, он увеличил расстояние, так зачем придвигаться обратно? Но взгляда отводить не стал, пусть отголосками сознания ощутил, что что-то явно не так сейчас, правда не в этой комнате.

Так вызывать на дуэль никто никого не собирался, пока здоровяк об этом не стал говорить. А раз уж напомнили, то почему бы не пойти собственными правилами? И что решили точно не должно было касаться воина. Король скользнул задумчивым взглядом по фигуре.
- Можешь идти, потом решу, что делать с тобой. – Махнул рукой король.
Элгот в чужом теле уходить далеко не стал, остановившись в середине коридора. А потом закашлялся, причем ощущая вкус чужой крови. По телу прошла судорога, оно отвергало чужую душу, хотя тут скорее душа не могла находится в не том теле, не подготовленном для нее. Юноша тряхнул чужой головой.

Ну так думать нужно как общаться, незнакомец в принципе не слишком был разговорчив. По крайней мере в таких неприятных для него условиях. Он передвинулся, устраиваясь удобнее, склонив чуть голову.
- Дальнейшие инструкции не поступали. Только доставить в безопасное в данный момент место. – Более того, план даже перевыполнился чужим вмешательством. Хотя интересный экземпляр, его бы изучить по-хорошему. Только вот, юноша сомневался, что хозяин этого, хм, незваного гостя может остаться недоволен такими выходками.
- Чужую магию поглотят при необходимости. – Просто объяснил меч, опустив взгляд на человека, что опустился рядом с ним.

Нет, Морн не замечал, что кто-то пропадает. С чего бы ему обращать внимание на тех, кто его не интересует? А кто-то всегда умирает или его отправляют в другие уголки их королевства. Разве за всеми уследишь? И может быть эту девушку выбирали ему, только вот, если бы ее представили Морну как невесту, то принцесса была бы уже давно мертва, как и другие претендентки на место рядом с ним. НО разве принц виноват, что они все такие хрупкие, что ломаются от легкого прикосновения? А ему потом приходи, проси траурный кубок, потому что очередная невеста скоропостижно скончалась.
Состояние Лаэриса тем не менее стало ухудшаться сильнее, особенно учитывая, что магия, которую он пытался использовать никак не действовала. Раны не уменьшались, кровь не переставала из них вытекать. Вся магия, что он использовалась уходила в наручники на руках Морнемира, поглощаясь без остатка. Сам же Морн полежал только секунду, прежде чем упереться рукой в кровать и сесть на ней.
- Прекрати. Не помню, что давал разрешение пытаться что-то перетягивать на себя. Или я по-твоему совсем ничего вынести не в состоянии?

- Ну, так тут можно сказать и наоборот, он может принять наказание за вас или может позволить, чтоб наказание приняли вы, хотя тоже вроде как не слишком виноваты. Расстроен кто-то будет в любом случае, разве нет? Какой тут выбор правильный? Расстроить вас, но не позволить вас тронуть? Или позволить вас тронуть и расстроиться ему? – Ворон сильнее прижался спиной к спинке кровати, пока было еще куда отодвигаться. Внимательно наблюдая за тем, как ему отрезают пути к отступлению, едва ощутимо вздрогнув от прикосновения чужих волос, слегка изгибая бровь. Ну и откуда ему знать, как бы кто говорил о таком, он в таких ситуациях не был. Отец в принципе не подпускал к нему особо никого, только работа. Но так-то проявляют явно нерабочий интерес.

- И передай ему, что он снят с должности. – Добавил король, когда ему поклонились и направились вон из тронного зала.
На здоровяка глянули почти так же, как и когда выходили из зала. При этом промолчали, правда болезненно поморщились сначала в чужом теле, а потом уже и в своем. Вновь закашлявшись кровью, теперь уже собственной. Да и здоровяк сейчас мог ощущать себя, как после тяжелой болезни, несмотря на то, что до этого с телом было все в порядке. Но теперь ощущалась сильная тошнота, слабость и сводящее судорогой ощущение. Словно все мышцы перестали слушаться в одну секунду. Элгот же просто привалился спиной к стене, прикрыв глаза, стараясь медленно вдохнуть воздух, но все равно сползая по стеночке.

- Не меня надо благодарить. – Произнес юноша. Да, наверное, те кого спасли пытаются поговорить. Только вот не всех надо обзывать хлебобулочными изделиями и вести себя вот так как ведет этот спасенный. Он бы еще лапочкой или крошкой назвал бы, для полного счастья. Да и кажется не общения хотят, а чтоб пожалели и посочувствовали или еще что-то подобное. А зачем это делать незнакомец не понимал. Все, тебя спасли, вот если бы убили, то тогда да. Хотя нет, там бы уже убили, так что какой в этом смысл.
- По всей видимости, не попадаться ближайшее время на глаза второму принцу. – Произнес он, самое логичное, что могло быть в такой ситуации. Юноша сильнее закутался в темную одежку, хотя появляющиеся на коже чешуйки можно было при желании заметить.
- Не могу, владелец может. – Произнес меч, слегка пожимая плечами, ну так никто и не заставлял ничего применять. Меч в принципе уже должен был вернуться, но зачем-то задерживался. – Изумруд.

Ну так если ему стало жалко, и он собрался ее делать счастливой, то пусть идет и позволяет ей исполнить свой прямой долг, о котором ей все говорили. Нарожать кучу принцев-наследников. И быть при муже, который ее прибрал к рукам.
Так может быть если бы предлагали решение, то прислушались бы. А не, я просто перетяну твои раны на себя и буду сам потом страдать и пытаться их залечить. Морн брата заводил не для того, чтоб на него свои проблемы и болячки скидывать. А этого понимать никто не хочет. Он слегка дернул плечом, ощутив укус. Может быть лишь слегка удивившись этому.
- О, это не я перед отцом представление устраивал и подставлял себя. Хотя нет, подставлял, но там ситуация другая была. А тебе какой в этом смысл!

- Откуда же мне знать, где в этих вариантах правильно? Я не уверен, что и, если бы король слышал, что это было бы правильно. Да, жалко, но я уже говорил, что это все не изменит решение принца. – Ворон еще слегка приподнял бровь на это интенсивное моргание, потому что оно явно говорило о том, что что-то не так. Только вот что именно юноша не был в курсе. – Исходя из твоих же слов? – Вопросом на вопрос ответил Ворон, ощутимо напрягаясь и вздрогнув слегка от прикосновения губ к плечу.

Элгот только тяжело выдохнул, когда его подняли с пола, лишив твердой поверхности под собой. Мутить стало только сильнее. Он чуть тряхнул головой. Ну в словах короля он не сомневался, точнее в решении. Это было меньшим из бед, что были тут и сейчас. Потому что теперь нужно попытаться восстановить самого себя в своем теле. Вот почему многие действуют, совсем не думая и ничего не уточняя. Да, он скрывает многие свои способности, это нужно учитывать и да, возможно хотели, как лучше.
- Просто положи меня где-то, пока я внутренности не выблевал. – С вздохом произнес мужчина. Вот то что к нему полезли целоваться здоровяк мог бы и опустить. Это уже Ареса точно не касалось. Пусть это тоже безумно злило рыжего.

Юноша слегка кивнул, да если желание есть, то могут и благодарить. Только вот это не его ведь решение, он лишь исполнитель, так что вроде, как и не заслужил этого «спасибо». Что до имени, то он сказал, что у него его просто на просто нет. Никто не давал ему имени, чтоб он мог им представляться. На слова про рыб – юноша только едва заметно повел плечами и закутался сильнее в ткань. Потому что, да, как у рыбы, которой очень не очень находится длительное время на суше.
- Возможно старший принц с этим что-то решит потом, если переживет этот день. - Кивнул юноша слегка.
- Есть мнение, что живое оружие не должно испытывать никаких желаний, ни физических, ни другого плана, так же, как и эмоций. – Ведь многие считают, что мертвецы не видят сны, что они не умеют грустить, что не испытывают и сексуального влечения. И других желаний они тоже не должны испытывать. И меч представлялся, только видимо не услышали этого или решили не обращать внимания на то что он говорит. Меч лишь на мгновение приподнял бровь, когда появившееся животное поставили к змеям. Вроде бы говорил, что они не мешают и не доставляют неудобств.

Ну Лаэрис ведь зачем-то женился на ней, значит теперь обязан быть своей супруге хорошим и правильным мужем. Иначе какой смысл был соглашаться с этим?
А какой смысл забирать на себя? Что это даст, кроме расстройства того, с кого это будут забирать? Потому что он сам был неосторожен, а мучиться будет другой. Тем более, когда ты уже столько раз просил этого не делать.
- Интересно с чего же тебе так внезапно моего общества захотелось. – Морн нахмурился, ишь он отчитывать не имеет права. Для начала он старший брат. – Я там вполне ясно сказал, что не умираю. Если бы можно было убить парой ударов кнута, то я б давно был бы мертв. Оооо, подать пример. – Морнемир усмехнулся слегка, а потом поймал брата за запястье, чтоб дернуть ткань рукава вверх, открывая недавние порезы на коже. А потом выразительно глянул на брата, он ведь тоже может начать переносить чужие раны на себя. Такое Лаэрису понравится.
- Со мной все нормально. А тебе лучше отправится к отцу, чтоб не вызывать его гнев, а мне пора в камеру.

- Так я не оспариваю долгосрочные обещания, а только то, что мне сказали, что сейчас не то время для чрезмерного сближения.  -  Произнес Ворон, а потом кто сказал, что этими словами он не побуждал к действию? Чтоб переубедили и показали, чего хотели на самом деле. И потом, что хотят от человека, который в отношениях не то что ноль, скорее минус, причем такой огромный минус. Шрам же знает, кто воспитывал юношу и должен понимать насколько там никого близко не подпускали. – Мы же говорим не о всем времени, а о конкретном моменте тут и сейчас.

- Просто можно меня одного оставить. – Произнес Элгот, правда недостаточно громко, стараясь действительно меньше говорить. Тут проблема была не сколько в состоянии тела, а сколько в состоянии сознания, которое выдернули. Да и здоровяку сейчас не слишком хорошо было после таких перемещений себя в чужое тело, которое совсем по-другому магически устроено.

Потому что «булочка» — это имя разве что для животного. А животным себя незнакомец не считал. Может быть обращение к любовнику и то, которое произносят дома и в спальне. Ну и максимум это продукт, приготовленный из теста.
- Есть такое. – Произнес он, устраиваясь удобнее в кресле, потому что в другой ситуации уже покинул бы сушу, но сейчас приходилось оставаться в этой комнате. А длительное нахождение на воздухе, слишком пагубно сказывается. Пока еще терпеть можно, но лучше бы принц скорее решил бы этот вопрос. – Мне сказали тебя спасти.  – Не споря, не утверждая, просто в очередной раз произнес факт незнакомец. Потому что какой смысл просить, точнее приказывать спасать того, в ком разочаровался? Это было бы странно.
- Не покидать без приказа.  – Произнес меч, ну так слишком многое хотят от человека, точнее не совсем человека, у которого теперь не слишком хорошо с выражением. Потом, имя он назвал, а то что это не восприняли как имя – он был не в курсе. Не переспрашивали, не уточняли точно ли правильно поняли. – У вас спор, который почти вы проиграли. – Добавил меч, слегка наклоняя голову, ощутив прикосновение там, где не должен был его ощущать. Он не стал сначала ничего делать, позволяя руке скользить, чтоб поймать за запястье в последний момент. – И что будут делать, если реакция есть?

Ну так Морнемир не просил приносить себя в жертву и делать что-то против чего он выступал. Просто не нужно делать ему как лучше, лучше всего оставить как хорошо. А не разбираться потом с последствиями этих благородных жертв.
Ну так почему бы Лаэрису свои раны так не переносить, чтоб быстрее заживали и были сразу у обоих? Почему именно раны Морна нужно перетягивать на себя?
- А до похода я братом не был? И именно поэтому меня обходили по большой дуге? – А младшему нужно думать в чем именно слизывать непокорство, а не то что он выполняет все что говорит отец и ничего из того что у него просит брат. – Ну да, она немного вышла не так как должна была. Видимо реакция на раны и браслеты. – Пожал плечами Морнемир, который не особо пытался понять, что с ним там произошло. Он и так почти ее вырвал из себя, от чего она крайне нестабильна постоянно, так какой смысл следить за этим вечно? А потом, если ему было суждено умереть от кнута, то он согласен был. – Ну так перемести эти раны на меня, почему нет? О нет, я ему не нужен, иначе он бы не пытался ломать через колено. Ты в отличии от меня выполняешь то что он говорит, так что удобнее.

И он вроде бы не мешал перебинтовать спину, только вот это вот перетягивание. Тем более, что магией его сейчас все равно не вылечить.

- Для начала тебя укладывали просто рядом, - Фыркнул звучно Ворон, приподнявшись чуть сильнее, позволяя себя прижать к спинке, все равно отодвигаться больше некуда. Руку расслабили, дав возможность передвинуть ее к себе под одежду, чтоб едва ощутимо провести пальцами по коже и выпирающим шрамам. – И укладывали отдыхать, а не то что ты подумал. Потому что боюсь за то, что ты подумал тебя по голове не погладят если застанут.
Только вот Ворон не был уверен, что остановил бы, если бы действительно что-то начали. Ведь потянуло, вот до этого ни к кому не тянуло, да и о таком юноша не думал. А тут с момента совместной поездки на лошади – и потянуло.

И, наверное, Шраму очень повезло, что Элгот был вот совсем не в том состоянии, чтоб заметить и осознать, чем там именно заниматься пытались на кровати. Ворон тоже быстро тряхнул головой и поправил на себе одеяло, тихо вздохнув, вот это он, наверное, и ощущал отголосками.
- Да перестань ты мельтешить. – Произнес Элгот, прикрыв глаза, отмахнувшись от Шрама здоровой рукой. А потом опять закашлялся, пришлось даже стянуть мокрую ткань, чтоб закрыть рот и не слишком уж плеваться кровью. А то тут и так слишком все нервные. – Нормально все, ты не видел меня, когда я только понял, что умею и еще не умел этим управлять.

Видимо есть какие-то причины, по которым не могут выбрать себе имя самостоятельно. Иначе бы да, придумали бы что-нибудь. Потому что оставаться безымянным иногда сложно, особенно вот в таких ситуациях.
- Среда неподходящая для длительного пребывания. – Пожал плечами незнакомец, забираясь в кресло с ногами, а потом явил в руке водяную фигуру, очень похожую на птицу. Морнемир говорил с кем в случае чего можно связаться. Так что послание отправили генералу, сообщая где они, кто тут и вопрос что делать дальше, потому что принц пока не может сам принять решение. – Это лучше уточнить у него.
Меч пожал плечами слегка, он оружие, причем оружие, обладающее сознанием, умеющее выполнять приказы, защищающее, иногда при необходимости и другие вещи выполняет. И оружия подобного у его хозяина много, он не обязывает их быть всегда при нем, часто теряет. Или забывает о них.
- У вас спор не о сердце принца Морнемир. Владелец видит мысли. – Произнес меч, перехватывая руку собеседника, но при этом не сжимая слишком сильно, не оставляет следов. – Сказали, что считается, что оружие подобного плана ничего не может испытывать. И зачем смотреть на то могут что-то испытывать или нет? Потом есть вероятность взять за последствия ответственность.

И какая разница что случилась бы война? Морнемир вон прямо с церемонии брата забрал войско и сразу уехал. Никто не пытался нападать на них, так что пришлось самостоятельно найти себе врага. Причем Морнемир и не помнил кого тогда завоевывал и оставались ли там хоть живые с вражеской стороны. Он в этом очень сомневался.
- Угу, ты всегда очень серьезно занят, когда дело касается меня, а тут внезапно время свободное появилось. Ты заболел или подменили? – Да, он мог бы сейчас просто молчать, но слишком взрывной характер не позволял этого делать. А раз не получается вылить это все на поле боя, то придется слушать именно причине скверных настроений. – Откуда мне знать? Тебе прекрасно известно насколько я в этом разбираюсь и насколько понимаю.
Он знает, что его магия нестабильна, и знает пророчество отца про один должен забрать у другого. На этом познания заканчиваются.
- Подумаешь немного спину мне содрали, - Пожал плечами Морнемир, чтоб потом еще подозрительнее глянуть на брата, что решил раны целовать. – Спасибо, но лебезить перед ним я не собираюсь. Ладно, смывай.